Лента анекдотов - всегда свежие анекдоты и приколы. Лента анекдотов

Смешные анекдоты и приколы (Страница № 666)

Рассказывает Александр Мирзаян.
- В 197... году на фестивале в Минске сидевшие в жюри
"представители инстанций" сняли с исполнительского конкурса
участника, вышедшего с песней Б.Окуджавы и В.Берковского
"Круглы у радости глаза...", так как им показались непатриотичными строчки "Не все ль равно, какой земли касаются подошвы..." Никакие объяснения и увещевания бардов и клубных активистов не помогли: "старшие товарищи" стояли на своем.
Первое место в данной номинации занял исполнитель песни
Е.Клячкина на слова И.Бродского "Мне говорят, что надо уезжать..."
0


Чего не понять умом, того не понять. Мне, Бергу, остается
лишь добавить, что несколькими годами раньше на Грушинском
фестивале "зарубили" Александра Краснопольского из-за строчекего песни - "Мы с тобою, как в далекой Стране Дураков, Собираем не то, что посеяли":
- А Вы какую, собственно, страну имели в виду?
Поневоле задумаешься!
0

Рассказывает Борис Жуков.
- 1983 год, февраль. II-й московский фестиваль. Идут первые месяцы правления Андропова, все начальники уже знают, что
с них "спросят строго", но не знают, за что именно, и потому
боятся абсолютно всего. Прежние литовки отменены, все тексты
нужно литовать заново. Разумеется, никаких песен на бис, никакого пения в фойе, никаких стенгазет... И завершающий аккорд -
организаторам фестиваля вручен список авторов, которые ни под
каким видом, ни в каком качестве не могут быть допущены на
сцену. Список открывается известными именами, а дальше идут
фамилии клубного и даже кустового ранга - предмет начальством
изучен хорошо.
Член оргкомитета фестиваля Саша Пинаев сообщает эту
скорбную весть одному из фигурантов списка - автору Валере Каминскому:
- Валера, ну, ты не отчаивайся, мы будем добиваться, чтобы тебе дали выступить...
- Пинаев, идиот, не вздумай! Этих фестивалей еще до хрена
будет, а вот в один список с Лоресом и Мирзаяном я больше, может, никогда не попаду...
0

Рассказывает Александр Городницкий.
- В одной из экспедиций в Атлантике был такой случай. Я
что-то делаю на палубе, и вдруг мне кричат: "Михалыч, давай в
радиорубку, тебя "Голос Америки" передает!" Я, конечно, иду, а
у самого внизу живота такой уже, знаете, холодок... Вхожу.
Действительно, из динамика мой голос поет "Над Канадой небо
синее...", а слушают его начальник экспедиции и замполит. И
выражение лица у обоих такое, с которым смотрят на безнадежно-
го больного: жаль, мол, беднягу, да ничего не поделаешь...
Стоим, слушаем, молчим. Песня кончается, вступает голос диктора: "В эфире - очередная программа о творчестве советских бардов, преследуемых коммунистическим режимом..." Тут сочувственное выражение на лицах начальников меняется на чугунное.
"...Мы открыли ее песней Юрия Визбора "Над Канадой" в исполнении автора..." - Слыхали? - сказал я, круто повернулся и вы-
шел.
0

Рассказывает Берг.
- 23 июня 1978 года у меня состоялась беседа с подполковником. Точнее, у него со мной. И называлась - профилактическая. И проходила в большом сером доме на улице Дзержинского в
Саратове.
Собеседник мой очень переживал по поводу моей дальнейшей
судьбы, и я, чтобы хоть как-то его успокоить, пообещал больше
не писать двусмысленных песен. На том он и угомонился.
А я вышел от него и задумался:
- Как же теперь быть? Ведь вся прелесть этих песенок была
именно во втором смысле! А впрочем, я ведь никому не обещал писать трех-, четырех- и более-смысленных песен!
С тех пор, считаю хотя бы до трех и ни разу еще не обманул
этого замечательного человека!
0

Из разных источников.
Как известно, история повторяется в виде фарса. Так, в
начале "перестройки" цензура тратила значительные усилия на
предотвращение пропаганды пьянства и алкоголизма. Эпоха совпала с началом массовых публикаций авторской песни, которая
никогда не стеснялась воспевать ничто человеческое. На этом
месте и возник конфликт, решавшийся с позиции силы. И в раз-
личных сборниках появились пламенные строки, в которых что-то
знакомое сочеталось с элементами новизны. Результаты искусствоведческих исследований проще представить в виде таблицы:
0

Удалось навести справку по данному эпизоду у самого Козловского.
- Не было этого в Казани. В Вологде было. Это пианино
рублей двести стоило всего-то.
- А что ты сказал, уходя?
- Не помню: пьянка же была!
0

Рассказывает Александр Иванов.
Концерт в Москве. Саша поет и вдруг замечает, что один
зритель время от времени что-то записывает в записной книжке.
Кто он и что пишет? Вроде бы не гэбэшник - времена уже не те.
Тогда кто?
В перерыве этот человек подходит к Саше и говорит, мол,
знаете, Ваши песни обладают зарядом энергии, способным производить целенаправленное лечащее воздействие на человеческий
организм. Я вот тут отметил: эта песня - "от головы", эта -
"от сердца", эта - "от почек"...
Тут сидящий поблизости известный визборовед Р.А.Шипов тихонько шепчет Иванову:
- Спроси его, а нет ли у тебя чего от геморроя?
0

Владимир Качан рассказывал, что в свое время он надолго
исключил из репертуара песню Б.Окуджавы и И.Шварца "Кавалергарда век недолог..." после того, как однажды, привычно выводя
"не обещайте деве юной любови вечной на земле...", он вдруг
вспомнил, _кому_ он это поет: дело происходило на концерте для
работников ЗАГСов.
0

Вероятно, нечто подобное испытал и Олег Митяев, когда его
во время благотворительного выступления в исправительно-трудовой колонии заставили-таки спеть коронную "Как здорово, что
все мы здесь сегодня собрались!".
0

Но не все так печально. Сергей Кульбака (г.Переславль-Залесский) вспоминает, каким энтузиазмом была охвачена аудитория
в подобном заведении, когда они с братом Николаем и другими
участниками ансамбл& политической песни (дело было в начале
80-х) пели, казалось бы, стереотипные слова о том долгожданном, но неизбежном моменте, когда решетки заржавеют, "темницы
рухнут, и свобода..." Это было прекрасно!
0

Грустный случай. Рассказал кто-то из екатеринбуржцев.
На фестивале "Ильмень-94" Петр Старцев спел песню, в ко-
торой были слова: "Успокой скорей поэта, озеро Ильмень!"
А на следующий день спасслужбы стояли на ушах: кто-то
утоп.
Такие дела.
0

Напомнил Николай Адаменко (Харьков), затем - независимо и
слово в слово - Сергей Данилов (Петербург).
Год примерно 88-й. Лагерь "Орленок" под Туапсе. Дом вожатых. Около полуночи. Адаменко пытается познакомить Берга со
своими друзьями и их творчеством. Саша Гейнц и Сережа Данилов
начинают с песни "Голубой ледопад". Не проходит и минуты, дуэт пополняется третьим "голосом" - храпом Берга.
- Вот это да! - восхищается Адаменко. - Впервые вижу человека, который "вырубил" Берга с одной песни!
Комментарий Берга:
- При сем присутствовал. Как проснулся - помню. Как заснул и потом спал - нет. Храпа не слышал, это однозначно!
0

Если изоляция не информационная, жить можно!
0

Известный на Кавказе автор песен Валерий Митрофаненко
рассказывал о том, как после возвращения со второго всесоюзного
фестиваля авторской песни в Таллине осенью 1988 года он с
удвоенной энергией включился в деятельность ставропольского
Народного фронта, за что и оказался брошенным на десять суток в
местные застенки. И вот он "отбывает", а там, на воле, кипит
жизнь и пресса печатает статьи о прошедшем фестивале, что к
зэкам, понятно, никакого отношения иметь не может.
И вот однажды в камеру вошел мент и спрашивает:
- Кто тут Митрофаненко?
- Я, - отвечает Валера.
- Вам велено передать, что Ваша песня опубликована в журнале "Музыкальная жизнь", - строгим голосом сказал надзиратель
и вышел.
0


Рассказывает Берг.
- Март 1974 года, первый тираспольский фестиваль. Все в шоке от чилийских событий. Только ленивый не написал своего
посвящения Виктору Хара, который, кстати, оставил тяжелое наследство в виде проблемы - как писать его фамилию в дательном
падеже, если в русском языке мужские фамилии склоняются, а получается не вполне благозвучно.
И вот на сцену выходит куйбышевский автор Станислав Маркевич и громким голосом объявляет:
- Виктору Харе! - и поет свою песню.
И песня какая-то странная: вроде бы с Харой дело было на
стадионе, а тут подвалы какие-то, казематы, решетки, и песня,
словно птица, вырвавшись на свободу, шурует вокруг земного шара, и т.д. И вдвойне странно то, что песню эту вроде бы слышал
рассказчик где-то, причем задолго _до_ чилийских событий...
Ну конечно! Декабрь 1972 года, первый кишиневский фестиваль. На сцену выходит Слава Маркевич и громовым басом провозглашает:
- Микису Теодоракису!..
0

Рассказывает Наталья Дудкина.
- На одном из концертов В.Долиной некий зритель, плохо
переносивший звучание расстроенного инструмента, не выдержал и
подал реплику:
- Вероника, настройте гитару!
На что Долина, человек искренний, ответила:
- Не могу: не моя.
0

Не так уж много на свете авторов, чье творчество признается всеми безоговорочно и воспринимается однозначно. Может и
нет таких вовсе. И очень много споров было в начале 80-х о
песнях и личности Александра Суханова.
Берг рассказывает, как он лично изо всех сил пытался за
майку удержать президента одного из сибирских КСП Леночку которая (дело было на "Чимгане-80") рвалась к сцене, чтобы
предложить любимцу публики двойную ставку, если он согласится
приехать к ней в г.H-ск с тем, "чтобы в одном отделении только
сыграть, а в другом - только сплясать".
0

Рассказывает Наталья Дудкина.
- На каком-то из конкурсов Борис Вахнюк прослушивает молодых авторов. К нему подходит молодой автор Сережа Шмитько и
поет свою песню, после чего Вахнюк говорит:
- Вы знаете, Сергей, это вообще-то неплохая песня, но меня всегда наводят на странные мысли фразы - такие, как, напри-
мер, у Клячкина: "Не гляди назад, не гляди", или как у Вас:
"Хоть клей назад листки календаря" (на слове "назад" он плюнул
на воображаемую бумажку и показал, на какое место клеить).
0

Вообще с фразировкой и дикцией порой приходится быть особенно аккуратным.
Станислав Соловкин (Москва) напомнил, как на слете "Костры" под Краснодаром в 1992 году на творческой мастерской Ланцберга некий молодой человек спел фразу "...и бокал наш не выпит до дна...", по поводу чего получил от маэстро совет - после союза "и" делать цезуру, чтобы оно не сливалось в "ибо" со
всеми вытекающими...
0

Рассказывает Евгений Фузанов (Кишинев).
- На одном из кишиневских фестивалей конца 70-х выходит
на сцену киевская группа "Шляпы", в которой тогда пел ныне
знаменитый Александр Цекало, и объявляет название песни:
- "У Пера когда-то корова была"!
Через какое-то время место у микрофона занимает московский ансамбль "Берендеи" и радостно извещает публику:
- "У Пера когда-то корова была"!
Немного погодя появляется киевлянин Илья Винник:
- Обязательная программа: "У Пера когда-то корова была"!
0

Прочел этот текст сам Винник и счел нужным прокомментировать:
- Во-первых, дело было в 80-м году, это точно. Во-вторых,
фамилия Фузанова - Пузанов (Здесь Илюша, боюсь, погорячился: я
у Фузанова раза три переспрашивал первую букву - В.Л.).
В-третьих, сначала эту песню спел дуэт девочек из Тирасполя -
Соболева и Демина; "Шляп" там не было. Затем - "Берендеи". Я
всего этого не слышал и, как дело дошло до меня, сначала не
понял, почему зал валяется от хохота. Потом "врубился" и сказал:
- Простите, я думал, это обязательная программа...
0

Вообще же оставшиеся "здесь" ревниво пытаются отслеживать
перипетии судеб тех, кто оказался "там", хотя это и нелегко:
мешает, в частности, дороговизна переписки, а уж о звонках и
говорить не приходится. Поэтому проверка подозрительной информации несколько затруднена.
Так, "здешние" знакомые Якова Когана, узнав, что "там" он
"работает на лесоповале", никак не могли взять в толк два обстоятельства: как Яша со своей больной рукой управляется с бензопилой "Дружба" или как она там у них называется, и где вообще в Израиле лесоповал. Оказалось, "источник" всего-навсего
образно окрестил этим словом управление по озеленению, куда
Когану удалось устроиться на какую-то бумажную работу.
0

Александру Медведенко повезло больше - он работает на радио и делает передачи об авторской песне. Правда, псевдоним он взял более благозвучный - Александр Дов (что значит - Медведь), за что друзья сразу обозвали его "довской мордой".
0

Рассказывает Берг.
- Апрель 1991 года. Детский фестиваль КСП в Калуге. Организован агонизирующим комсомолом, насколько можно бестолково.
Делегации присланы по разнарядке, половина участников впервые
слышит об авторской песне. Но рассказ не об этом.
Мероприятия проводятся в местном Белом доме, в выходные
дни, так что обычных обитателей в пиджачной униформе практически не видно. Зато милиционеры охраны получили установку,
мол, посетители здания в эти дни будут одеты несколько нетрадиционно - в штормовки, возможно даже, не первой свежести, но их надо пускать.
И вот вхожу я, председатель жюри, в цивильной, почти чистой куртке и почти глаженых брюках - и мне наперерез бросается
мент, решительно произнося при этом даже без намека на вопросительность интонации:
- Вы к кому, товарищ!
0

Рассказывает Борис Жуков.
- 1977 год, XX-й московский слет (с которого началась известность Долиной, Лореса, Ткачева, Кутузова и некоторых других авторов).
Один из участников слета собрался идти к сцене записывать
концерт. Но поскольку по доброй КСПшной традиции принял "на
дорожку" несколько больше, чем следовало, то до цели немного
не дошел: запутался в ограждении и проводах и рухнул прямо в
какую-то неприметную палатку, стоящую в кустах у самой сцены.
Подняв глаза, он обнаружил, что палатка набита аппаратурой, и,
боясь что-нибудь нарушить, спросил:
- М-мужики, г-где здесь в-выход?
Один из обитателей палатки глянул на него, на его магнитофон, после чего взял соединительный шнур от его магнитофона
и молча куда-то воткнул...
Никогда в те годы мне не приходилось слышать столь чистой
записи лесного концерта!
0

Рассказывают, как в жюри одного из Грушинских фестивалей
мнения некоторых его членов несколько разошлись. Одну позицию
Занял Юрий Визбор и совершенно другую - Сергей Никитин и Вадим
Егоров. К Никитину вдобавок присоединилась его жена Татьяна,
которая также была членом жюри. Мало того, на подмогу Егорову
пришла его жена, которая в списке судей вроде бы не состояла.
Последнее обстоятельство окончательно вывело из себя Виз-
бора, который заявил со всей решительностью:
- Слушайте, мужики, или вы уберете своих жен, или я в
следующий раз позову всех своих!
0

Примечание искусствоведа: удалось установить первоавтора,
по крайней мере, одной записки - по поводу песни "Сжимая топор
в волосатой руке". Им оказался студент-математик из МГУ, член
московского куста "Новослободский" Андрей Пхайко. Было это году в 1977-м на концерте Владимира Туриянского, который впоследствии и написал саму песню.
0

В 1984 году Вадим Егоров сотворил песню "Баллада о певчей
стае", увенчанную строками, вобравшими в себя все содержание:
"...летит наш певчий клин, которому названья нету,
и впереди вожак, которого зовут Булатом."
Это тот самый вожак, перу которого принадлежат слова:
"Дураки обожают собираться в стаю,
Впереди главный - во всей красе."
Фильм с этой песенкой появился годом раньше.
0

Вадим Егоров на концерте отвечает на записку: - "Как Вы
относитесь к творчеству Александра Суханова?" - О, это целая
история. В начале 70-х я выступал в одном институте. После
концерта ребята, которые его организовали, пригласили меня в
общежитие. Ну, мы там хорошо посидели, и они поставили мне
пленку Саши Суханова, который тогда только-только начинал приобретать известность. Я послушал несколько песен...ну, так,
да, что-то... но, в общем, определенного мнения у меня не сложилось. И тут из магнитофона прозвучало: "А сейчас я спою несколько песен моего любимого автора Вадима Егорова..."
С этой минуты я очень хорошо отношусь к творчеству Александра Суханова.
0


Copyright © 2013 allanekdot.ru
Автор сайта:
Kort
В базе: 151567 анекдот(ов)